Беседа IV (продолжение)

«Однако ж, и в ученых, и в учреждениях для приобретения знаний — школах и библиотеках — не было недостатка, особенно в первые столетия средних веков, когда античные воззрения продолжали еще оказывать влияние. Некоторые духовные ордена прославились даже тем, что считали одной из своих главных задач содействие занятию науками».

«Для истории медицины из разнообразных влияний христианства преимущественно нужно обратить внимание на два: преобразование философии и основание многочисленных учреждений милосердия».

«Одним из важнейших приютов для развития философии в обширнейшем смысле сделалась вторая александрийская школа, в которой из смешения языческих, восточных, иудейских и христианских начал возник «неоплатонизм» — мать магии, астрологии и алхимии. Вот как велики были окольные пути, по которым человечество блуждало в течение многих веков, пока не зародились естественные науки новейшего времени: физика, астрономия и химия».

Основателем неоплатонизма считается Аммоний. Его учение о первоначальном единстве создания привело к вере в способность материи принимать различные формы, а затем уже возникла вера в возможность превращения неблагородных металлов в золото. Из всех отраслей тайной науки алхимия держалась дольше всех. Она привела к созданию химии.

Правильно организованного попечения о бедных и о больных (за исключением Индии, где последователи буддизма уж очень рано основали учреждения для приюта больных людей и животных), не встречается ни у одного народа дохристианской древности.

Уже первые христианские общины считали попечение о бедных и больных одной из своих священнейших обязанностей. Пока нужно было бороться с бедностью и преследованиями, учреждения, служившие сказанной цели, были ограничены небольшим числом. Но когда христианство достигло власти и вступило во владения сокровищами, принадлежащими языческим храмам, везде появились такие многочисленные и обширные учреждения для поддержания всякого рода «труждающихся и обремененных», какие после и не встречались.

В старейших христианских общинах все члены, преимущественно женщины, и между последними помощницы диаконов, диакониссы, посвящали себя любви к ближнему. Позднее, многочисленные мужские и женские ордена избрали попечение о беспомощных и больных задачей своей жизни; в еще большем числе с этою целью образовывались светские братства. Прежде всего, появились, кроме «инфирмарий», содержавшихся в монастырях для членов ордена, более или менее обширные учреждения для бедных и больных во всех епископствах. Старейшее из них было устроено Св. Василием около 370 г. в Цезарее, в Каппадокии. Оно заключало гостиницы для чужестранцев, убежища для падших девушек и настоящие больницы со врачами, кураторами и т. д. Очень рано возникли в малолюдных местах, на речных переправах, на дорогах, ведущих к святым местам, особенно к Иерусалиму и Риму, гостиницы, которые в Альпах существуют и в настоящее время. Некоторые из них держали особую прислугу (Parabolani), обязанность которой заключалась в отыскивании нуждающихся, в помощи и доставлении их под гостеприимный кров. Старейшею больницей на Западе была основанная в Риме около 400 года — Фабиолой. Из позднейших госпиталей Востока знаменитейшим был устроенный императором Алексеем I-м в Константинополе «Orphanotropheum», вмещавший до десяти тысяч нуждающихся в помощи всякого рода.

Медицина средних веков не представляет ничего особенно нового и есть повторение учений Гиппократа и Галена, сочинения которых переводились на разные языки, разными народами. Приютившись у арабов, медицина здесь развивалась очень медленно и отличительная её черта состояла в том, что анатомия заняла вновь подобающее место. Арабская медицина имела заметное влияние и на германскую, где подготовлялось ей широкое поприще в университетах.

В виду нежелания излишне утруждать моих собеседников передачею мало интересных исторических сведений о медицине средних веков, перехожу прямо к XVI веку. Профессор Газер говорит, что XVI столетие составляет главу истории, со значением которой никакая другая не может сравниться. Во всех областях жизни замечается беспримерный подъем и к важнейшим причинам, вызвавшим переворот в общественной и духовной жизни, принадлежит основание новых университетов, из которых многие, как Базельский, Тюбингенский, Иенский, Лейденский и т. д. получили важное значение и для медицины. Подобное же влияние оказывали ученые общества, как, например, Платонова академия во Флоренции, Рейнское общество в Гейдельберге и др., из которых многие главным образом имели в виду естественные науки. Еще в более непосредственном отношении к развитию естествознания стоить переворот, совершенный в астрономии Коперником, неожиданное расширение кругозора, произведенное открытием Америки и морского пути в Индию. Наконец, изобретение книгопечатания было самой могучей причиной всеобщего подъема. Положительные обогащения достались на долю ботаники от немецких естествоиспытателей, как Брунфельс, Фукс, Бок, Геснер; их примеру следовали итальянцы, голландцы и англичане.

Общий интерес, который возбуждала анатомия в начале XVI века, виден из того рвения, с каким предавались ей великие художники того времени, как Микеланджело, Рафаэль, Леонардо-да-Винчи.

Знаменитым врачом этого века был Везалий, который задумал план коренного преобразования анатомии. Появление грандиозного его произведения, касающегося анатомии, вызвало страшную бурю, так что ему грозила бы большая беда, если бы богословский факультет в Саламанке не объявил, что рассечения человеческих трупов допустимы в интересах страждущего человечества. Относительно мускулов он впервые допустил, что нервы не лежат между мышечными волокнами, а проникают в вещество последних, и что чувство осязания не помещается в мускулах, а в коже. В сосудах Везалий уже различает три оболочки. Недостаточнее всего у него обставлено учение о нервной системе и органах чувств. Описание брюшины и желудка в общем совершенно правильно. Самая блестящая часть произведения составляет описание сердца.

Профессор Гезер говорить: «во все времена, в периоды реформаторских движений, рядом с разумными людьми, старающимися сохранить приобретенное и испытанное до них, а также исключить и исправить устаревшее и ошибочное, проявляется нетерпение революционных натур, которые думают, что лучшее может возникать только из разрешения существующего настоящего. Не одно время не произвело в большом числе таких разрушений, как XVI столетие».

Столь справедливые слова профессора Гезера вполне можно применить и к каждому столетию. Революционные натуры не должны иметь права голоса в медицине, ибо история медицины учит скромности и показывает, как мало сделано вообще людьми науки за столько столетий для медицины. История медицины показывает также, что каждый великий реформатор подвергался гонению, и пока современники его делались образованнее и подходили к уровню знаний этого реформатора, все факультеты, профессора и врачи отвергали новое учение.

Борьба XVI века с галенизмом и арабизмом есть продолжение нападений, производившихся, начиная с XIV столетия, отдельными выдающимися лицами, например Рожером Бэконом, Arnaldus’ом, Villanova.

Борьба началась второстепенным, но богатым по своим последствиям, спором о методе кровопускания. Гиппократики предписывали при воспалениях, например легкого, открывать вену, лежащую по возможности близко к заболевшему участку. Арабы посредством теоретических хитросплетений пришли в заключению, что Гиппократовский метод ведет только к еще большему привлечению крови к заболевшим частям. Поэтому для отвлечения крови от больного места (Revulsio) производилось при воспалении легких кровопускание из руки здоровой стороны или тыла стопы. Но вот в 1525 г. Pierre Brissot (1478—1522), профессор в Париже, выступил против господствующего учения, рекомендуя Гиппократовский метод кровопускания. Его сочинение было очевиднейшим объявлением войны арабизму. Противники Brissot зашли так далеко, что император Карл V и папа Климент VII призваны были в качестве третейских судей. Споры, в котором принял участие и Везалий посредством отдельного сочинения, продолжались почти до конца XVI века.

Подобное же значение имел другой спор, возбужденный несчастным Miguel Serveto (1509—1533). Он касался введенных арабами сиропов, считавшихся новейшими средствами, способствующими «сварению». Serveto дерзнул объявить в сочинении, вышедшим в 1537 г., что основные соки, за исключением слизи, не способны к сварению и потому надо бросить сиропы.

Еще решительнее были нападки против двух основных положений, касающихся пульса и мочи, исследованию которых арабы придавали почти неограниченное диагностическое значение.

Вторым знаменитым реформатором в XVI столетии, является Парацельс. Число сочинений, приписываемых ему, очень велико. Профессор Гезер пишет про него следующее:

«Парацельс является решительным приверженцем борьбы против существующего порядка, борьбы, обнаружившейся в начале XVI века и в области медицины. В нем яснее всего проявляется врожденное стремление в свободе немецкого и швейцарского народа. Но избранный Парацельсом путь для преобразования медицины не имеет ничего общего с теми дорогами, по которым шли многие другие, стремившиеся к той же цели. Он начинает свою преподавательскую деятельность тем, что сжигает (публично, в аудитории) сочинения Авицены и Галена, объявляя, что ремни его башмаков смыслят в медицине более, чем оба эти врача!... Свои лекции он, вопреки всякой традиции, читает по-немецки. Он меньше всего интересуется успехами анатомии. Не на рассечение мертвого, но на исследование живого человека направлены его взоры».

Корень учения Парацельса — неоплатонизм. Человек есть повторение и копия внешнего мира — «микрокосма», в котором, как в раскрытой книге, обнаруживается сокровенная природа человека — «микрокосма» Созданный из земли, человек состоит из вполне и не вполне горячих и огнеупорных веществ: «серы, ртути и соли». Живым организмом тело становится посредством духовного принципа «скрытого человека», «Архея». Такое воззрение необходимо приводить Парацельса к столь полному пренебрежению анатомией, что самое слово «анатомия» он принимает в совершенно чуждом смысле.


<<Назад

Читать далее>>


 

© 2013 Медицинские беседы. Powered by Kandidat CMS (0.0016 сек.)