БЕСЕДА СЕДЬМАЯ:

___________________

Терапевтические методы: симптоматический, физиологический, рациональный и эклектизм.

По словам профессоров Нотнагеля и Россбаха, «симптоматический метод пользует болезни таким образом, что старается устранить или облегчить какой-нибудь особенно выдающийся или тягостный их симптом, как например, боль, кашель, лихорадку, паралич, понос, не обращая при этом большего внимания на сущность самих болезней. В иных случаях он при этом влияет и на причину болезни и, одновременно с наиболее тягостным припадком, устраняет и самую болезнь, как например, при иных клинических болях применением опия, при некоторых видах запора — слабительными, в иных случаях он, хотя и не нарушает дальнейшего хода болезни, однако же, облегчает её течение, как например, при лечении кашля чахоточных, в других случаях он, напротив того, причиняет прямой вред, например при лечении некоторых форм (болезней) слабительными»...

Так как известно, что гомеопатия при испытаниях лекарств на здоровом человеке заботится о симптомах действия их и записывает субъективные ощущения заболевающего человека, а затем при диагнозе больных принимает в расчет совокупность всех симптомов, т. е. объективных и субъективных, и по ним определяет лекарство, то аллопатия обвиняет, конечно, гомеопататию в том, что она лечит симптомы, а не болезнь. При этом аллопатия убеждена, конечно, что объективные симптомы вовсе не нужны гомеопатам.

В этом случае аллопатами руководит полнейшее недоразумение, ибо эта медицинская система не занимается симптомами своих лекарств и поэтому не знает их и не может брать в расчет то, что руководит гомеопатией. Обе системы, в этом отношении, расходятся и аллопатия не в состояли уразуметь слов гомеопатов, ибо ей недоступно даже представление о симптомах лекарств. В сущности же это очень просто и мы поясним на примере: больной золотушного сложения приходит за помощью к доктору аллопату и жалуется на сильную боль в корне носа. Аллопат предписывает рыбий жир и спринцевание носа. Рыбий жир дается им в предположении влияния его на золотуху вообще, а боль в корне носа — явление для аллопата непонятное, как боль, против которой совершенно неизвестно что давать, а потому он гадательно советует больному проспринцевать нос, т. е. подействовать на слизистую оболочку или ждать излечения золотухи. Не может быть сомнения, что боль в корне носа надолго останется при больном, и именно потому, что аллопат не знает чем помочь такому симптому болезни.

Тот же больной обращается затем к доктору-гомеопату. Сообразив все симптомы болезни и общего состояния пациента, гомеопат дает ему известь (Calcarea carbonica) вместо рыбьего жира и серную печень (Нераг sulfuris) для носа. Врач гомеопат с уверенностью облегчает ему боль в корне носа, ибо он знает, что при приеме серной печени здоровым человеком, между другими явлениями и ощущениями, возбуждается боль в корне носа. Следовательно, гомеопат руководствуется, в добавление ко всему, еще симптомами самого лекарства. Это не значить, что он лечит одни симптомы, но не болезнь или только попутно самую болезнь в тех случаях, которые указаны Нотнагелем и Россбахом, при пояснении сущности симптоматического метода.

Каждая болезнь имеет свою коренную причину и особенности, основанные на субъективных (личных) ощущениях больного, зависящих от тысячи условий и обстоятельств!.. Какой же врач станет отвергать, что объективные симптомы имеют иногда важное значение для определения рода и характера болезни. Но в виду того, что в большинстве случаев причины болезни и патологическая сущность их неизвестны, то противники аллопатии утверждают, что она ежедневно сталкивается на практике с такими болезненными формами, которые не укладываются в категории их классификаций и не имеют определенных наименований. Между тем больные страдают, болеют, просят излечения! Что же делает аллопатия?! спрашивают и восклицают её противники. Она приступает к лечению, ни на чем не построенному, без всякого плана, на основании гадательного диагноза, занимаясь игрою в счастье!... Однако, что тут научного и достойного удивления?!

Доверяя будто бы только объективным симптомам болезни, аллопатия, по мнению её противников, оставляет индивидуальные особенности болезни без внимания. Но в действительности медицинская практика вовсе не держится теоретического правила — отдавать предпочтение объективным симптомам.

Действительно, никто не станет оспаривать, что при болезнях легких и сердца надо выслушивать больного и основывать свой диагноз на анализе объективных симптомов, но, с другой стороны, гомеопаты говорят: «мы поставим на первый план весьма различную и индивидуально-характерную симптоматическую картину», ибо исключительно анатомический принцип совершенно недостаточен и врач должен иметь дело не с классификациями и номинальными болезнями, а с живыми людьми. Аллопаты конечно держатся также симптоматической картины болезни, со своей точки зрения, но не для индивидуализации, о которой заботятся так гомеопаты.

Известный профессор Вундерлих пишет следующее (Das Verhalten der Eigenw&rme in Krankheiten. S. 336. Capitel Pneumonie):

«Под именем пневмонии (воспаления легких) описываются болезни весьма многоразличные. Анатомическое исследование уже с давних пор стало также приводить к этому заключению, и в этом отношении крупозные, геморрагические, серозные, гнойные, гнилостные, лобулярные и прочие воспаления легких представляют столь многозначительные различия между собою, что они необходимо должны рассматриваться, как различные болезненные процессы. Но нельзя также оспаривать, что даже такие болезненные формы, которые в настоящее время еще рассматриваются как анатомически тождественные, могут тем не менее расходиться в весьма существенных пунктах и что кроме анатомического различия, лежащего в основе патологического процесса, этиологические отношения могут также обусловливать различия, которые существенно разъединяют друг от друга заболевания, описываемые под одним общим именем «пневмония», едва ли менее ошибочно и поверхностно, чем если бы мы захотели свалить в одну кучу под общим названием dermatitis (воспаление кожи) все накожные болезни, протекающие при воспалительных явлениях».

«Первое определение только потому извинительнее, что мы, в большинстве случаев, при жизни не умеем точнее поставить диагноз, не можем различить отдельные, существенно различные проявления болезни, наконец потому, что эти самые проявления в их существенных различиях отчасти даже еще вовсе не могут быть распознаны. Правда, симптоматика открыла уже известное число моментов, указывающих на различие процесса в легких при заболеваниях, описываемых под именем пневмонии; но, нужно признаться, что вспомогательные средства симптоматики для дифференциального диагноза еще чрезвычайно скудны».

«Термометрия — продолжает Вундерлих — в состоянии довольно значительно расширить эти вспомогательные средства, но и она оставляет еще много пробелов; и не следует скрывать от себя, что наши познания и суждения о пневмониках, даже в связи с данными термометрии, еще очень отрывочны».

«Если эти слова — говорить доктор Бразоль — одного из знаменитейших клиницистов последнего времени справедливы относительно пневмонии, представляющей комплекс наилучше изученных симптомов, то они с гораздо большею справедливостью могут быть применимы к большинству других болезней».

«Следовательно, постановка одного родового диагноза, исходящая из патолого-анатомической систематики, еще не достаточна для клинических, а следовательно и терапевтических целей; для чего требуется дифференциальный диагноз видового или подвидового характера болезни, т. е. определение тех признаков, которые отличают один и тот же грубо-анатомический процесс, например, воспаление легких у одного субъекта от воспаления легких у другого, и обособление тех тончайших черт, которые придают каждой болезни её индивидуальную физиономию. Следовательно, задача всякого истинно-научного терапевта должна заключаться в тщательном индивидуализировании данного случая».

«Индивидуальность же каждого болезненного случая кроется в органической самодеятельности нашего организма, т. е. в способности его самостоятельно реагировать на известные внешние и внутренние раздражения, вследствие чего известные болезненные причины и предрасполагающие условия, действуя известным образом на человеческий организм, вызывают в нем физиологическую реакцию, выражающуюся в виде комплекса тех или других болезненных симптомов. Эта реакционная способность организма называется впечатлительностью или раздражительностью или, лучше, «восприимчивостью» организма, и представляет в каждом отдельном субъекте весьма различные количественные и качественные градации; вследствие чего одна и та же причина, например простуда, вызываешь у одного субъекта жабу, у другого бронхит, у третьего воспаление плевры, у четвертого невралгию, у пятого ревматизм, у шестого воспаление внутренних органов и т. д., причем, кроме того, каждая из этих отдельных болезней у пораженного ею субъекта воспринимает свою особенную физиономию, отличающую ее от такой же родовой болезни у другого. Точно также для происхождения таких болезненных картин в одном случае требуется продолжительное и весьма сильное действие болезненного раздражителя, а в другом случае достаточно весьма кратковременного и слабого раздражения, смотря по степени впечатлительности организма к данному раздражителю. Но существование в организме такой самобытной, самодеятельной и саморегулирующей способности в связи со всевозможными этиологическими условиями и предрасполагающими влияниями, каковы: пол, возраст, телосложение, темперамент, наследственность пациента и т. д., все это налагает на каждое заболевание свою индивидуальную печать. И если мы спросим, в чем заключается индивидуальность каждого данного случая, то я бы ответил, что в совокупности тех симптомов, большею частью субъективных, посредством которых организм или, может быть, в частности нервная система пациента реагирует на внешнее раздражение. Отсюда вытекает вся важность оценки субъективных симптомов для диагноза видового или подвидового характера болезни».


<<Назад

Читать далее>>


 

© 2013 Медицинские беседы. Powered by Kandidat CMS (0.0046 сек.)