Беседа XXI (продолжение)

Излишества приносят вред особенно болезненному организму, но они не разрушают и не отравляют кровь так, как это делают, например, алкоголь, эфир, морфий, кокаин и т. д. Многие врачи, в особенности аллопаты весьма сочувственно относятся к возбуждению сил больного алкоголем в диететических пропорциях и к питанию этим средством слабых субъектов, а большинство людей охотно возвышают его достоинства в виду приятных ощущений, испытываемых при употреблении веселящего напитка. Только те, на которых алкоголь действует угнетающе, смотрят на него с отвращением. Чересчур часто приходилось мне убеждаться, что врачи аллоцаты приносили сильнейший вред, прописывая больным крепкое вино. Оно и естественно, потому что это делается безотчетно, по привычке, и врачи не входят в рассмотрение на сколько уже нарушено кровообращение у больного. Никто не может отвергнуть факта, что алкоголь быстро нарушает кровообращение. Вследствие сильного раздражения нервов, кровь, смотря по дозе, или медленно приливает к голове, или бросается в нее с силою, заметной для простого глаза. Укрепляющее действие алкоголя обманчиво, ибо он только возбуждает. Насколько может быть полезно увеличивать неправильность кровообращения при существующем уже нарушении - не трудно решить. Что алкоголь и в других отношениях вреден ясно из того, что излишнее употребление порождаете множество болезней печени, желудка, нервной системы и самой крови. Последняя в такой степени подвергается порче, что пьяницы заболевают от малейшего повода и все болезни принимают опаснейший характер. Дозировка алкоголя не имеет значения. Я убедился, что даже от нескольких капель, кровообращение нарушается и для того, чтобы алкоголь приносил пользу, надо его разжижить гомеопатическим способом. В разжиженном виде, конечно, никто бы не стал его употреблять. В тех дозах, в каких врачи прописывают алкоголь больным, а тем более, в которых он пьется здоровыми людьми, он положительно вреден, ядовит и разрушаете весь организм в соответственной постепенности. Следовательно, алкоголь есть яд в точном смысле этого слова. Большие дозы отравляют скоро, а малые постепенно. Курение табака признается вообще вредным; и если кто вместо 50-ти папирос в день начинает курить только 10, то ядовитость последних не исчезает совершенно и они не превратятся из яда в противоядие. Отсюда видно, что дозировка ядовитых веществ влияет лишь на силу действия яда на организм человека и проявления его, стало быть, можно подразделить на сильно болезненные, на постепенно болезнетворные, на незаметные в настоящем и опасные для будущего и на предрасполагающие к заболеваниям всякого рода. Если нельзя определить на сколько вредно умеренное курение табака и какое оно имеет действие на уменьшение продолжительности жизни человека и на расположение его к болезням, то это не причина отвергать ядовитость никотина. Большинство людей курят табак и пьют водку; многие из них живут долго, но это ничего не опровергает и не доказывает, ибо неизвестно, сколько бы они еще прожили, если бы не курили и не пили водки. Научно доказано, что из всех раздражающих средств алкоголь действует всего сильнее; несколько капель, взятых на язык или одна капля, помещенная прямо на слизистую оболочку желудка, заставляет желудочный сок тотчас же вытекать. На этом основано предположение, что вследствие малых доз алкоголя, возбуждается будто бы аппетит, улучшается переваривание, особенно жиров, легко растворимых в алкоголе, усиливается кишечная перистальтика и т. д. Под влиянием больших количеств пищеварение, наоборот, затрудняется. У пьяниц всегда хронический катар желудка, сопровождающийся рвотами. Таким образом, раздражение желудка ведет к усиленному выделению соков, которые и способствуют пищеварению. Полезно ли это или положительно вредно? Всякое неестественное и искусственное, а потому чрезмерное, выделение желудочного сока при болезни, когда у человека нарушены кровообращение и отправления, а потому задержан обмен вещества, конечно, вредно и никак не полезно. Пищеварение отнюдь не может улучшиться от недостатка запаса желудочного сока, плохо вырабатываемого, вследствие нарушенного кровообращения. Употребляя алкоголь, мы действуем по привычке, и страсть к возбуждающим средствам заставляет нас держаться мнения, что он способствует нашему укреплению. Д-р Бухнер  при опытах своих нашел, что алкоголь, будучи сам по себе прибавляем в количестве до 10% не оказываете никакого влияния на пищеварение, до 20% замедляет, а при большем %-ном количестве совершенно прекращает. Влияние алкоголя на кровь и кровообращение еще убийственнее. Если для других систем этот вопрос может быть не особенно важен, то для меня он имеет первостепенное значение, а потому я буквально запрещаю моим больным употребление алкоголя, нарушающего кровообращение и противоречащего моим основным принципам лечения. Лекарство, которое восстановляет кровообращение, естественно, парализуется действием всякого возбуждающего средства.

Нет яда, который бы одинаково действовал на все органы человеческого организма. Следовательно, эти средства во всяком случае приносят вред. Нотнагель и Росбах пишут: «не все органы в одинаковой степени привыкают к яду, некоторые остаются постоянно чувствительными, а другие - нет. Если очень большие приемы яда продолжительно действовали на организм, то прекращение введения привычного яда вызывает даже болезнь».

Д-р Манчини говорит (Модные отравы. С-пб. 1886 г.):

«Пока мода считала териак универсальным средством, годным для всего, и ввела его в общее употребление при дворе Людовика XIII, беда была еще не велика. Но теперь уже не то. Перед нами с некоторого времени развивается злоупотребление настоящими ядовитыми веществами и последствия грозят быть печальными. Опасность тем важнее, что зло распространяется умышленно - скрытно, хотя уже раздались крики предостережения против наркотических и возбуждающих веществ».

Д. Манчини говорит о таких возбуждающих средствах, как опий, морфин, эфир, кокаин и другие, которые составляют истинное несчастье многих стран, в виду мании людей прибегать к этим ядам, чтобы доставить себе хотя минутное наслаждение. Эти средства - настоящие яды, имеющие то печальное свойство, что при продолжительном употреблении входят в привычку, от которой невозможно отстать. Несчастный, ознакомившись с морфином или эфиром, уж не победит свою страсть, не будет в силах жить без них, хотя и знает, что они его убивают.

Здесь, пожалуй, я себе позволю сказать, хотя это не относится к разбираемому вопросу, что есть болезни и случаи, когда было бы жестоко не облегчать страдания морфином и кокаином, но эти случаи весьма редки. Восстановление кровообращения есть самое лучшее и быстрое болеутоляющее средство. Даже у Гиппократа, при его несовершенных способах лечения, как я уже говорил в предыдущих беседах, встречается указание на влияние отвлечения болезненных соков на чувствительность. Следовательно, раз в организме больного нет таких разрушений, что влияние на кровообращение более немыслимо, то наркотические лекарства совершенно излишни и вредны. Они могут быть необходимы только при хирургических операциях и когда целые области или органы человека подвергаются разрушению, как, например, при раке. В таких случаях наркотические средства неоцененное изобретение.

Все алкалоиды, как известно, действуют исключительно на нервную систему. О влиянии их на кровь нет исследований, и в сущности микроскопическая анатомия не в состояли дать положительных определений, так как капля крови на опытном стекле лишена жизни и влияния всех жизненных условий. Даже химическое действие яда на кровяные шарики может выясниться лишь приблизительно. Единственное руководство для познания разрушительного действия яда - это опыты на животных и людях. Картины, получаемые при лечении этими ядами, еще важнее и поучительнее, но и должны бы были заставить медицину относиться в ним с нелюбовью и предупрежденностью.

Из чего родилось убеждение, что чем ядовитее средство, тем оно могущественнее в болезнях? Не трудно себе уяснить это, по крайней мере, в гомеопатии. Разумеется, чем симптомы лекарственной болезни были резче, определеннее, тем лучше Ганеман мог собирать их и легче руководствоваться ими при лечении совокупности тех же симптомов. Поэтому ядовитость лекарства есть одно из главных условий при лечениях по закону подобия. В аллопатии создалось то же убеждение на другом основании. Мне кажется, что объяснить это можно лишь влиянием химии, незнанием истинных свойств неядовитых растений, неправильностью испытаний и нежеланием походить на народную медицину. Стремление к отысканию научных средств, на основании химических законов, служило, без сомнения, главною причиною к предпочтению ядовитых лекарств. Но для лечения недостаточно знать одно химическое сродство лекарства с тканями и некоторыми органами, так как законы жизни не основаны на одной химии.

Чтобы судить о могуществе не ядовитых лекарств надо их испытать, конечно, не с предвзятою целью и не только для выяснения их химического, но и более важного - динамического действия.


<<Назад

Читать далее>>


 

© 2013 Медицинские беседы. Powered by Kandidat CMS (0.0037 сек.)